Федеральная лезгинская
национально-культурная автономия

"Мой первый ректор". Памяти Абуталиба Абилова

Общением с ректором ДГУ Абиловым я был вознагражден на первом же курсе в 1966 году - Абуталиб Абилович читал лекции по истории КПСС на самом большом потоке Дагестанского государственного университета – на моем математическом факультете.

Запомнились не только особое отношение к занятиям, захватывающие лекции, но и его встреча со студентами и преподавателями в самом большом актовом зале университета после поездки в Индию. Он был вице-президентом обществ дружбы «СССР-Цейлон» и «СССР — Индия». Все выступления — политически и патриотически выдержанные, идеологически насыщенные, мобилизующие — как и положено духу советской эпохи.

И удивительная черта: в президиуме он все время что-то писал в своем толстом блокноте, что бы не проходило – Ученый совет ДГУ, комсомольское собрание, торжественный митинг… Всех интересовала тайна записей Абуталиба Абиловича – о чем же он столько пишет. Лишь много лет спустя благодаря Фирузе Абуталибовне Абиловой, профессору ДГУ, свет увидел часть этих записей. Они оказались своеобразной летописью становления ведущего вуза Дагестана в лицах и событиях.

Читаю записи Абуталиба Абиловича из его дневников-тетрадей в дни Всесоюзного совещания директоров и ректоров вузов от 26.05.1959 г., проводил министр Высшего образования РФ В.П. Елютин. Абуталиб Абилович кратко в 5 пунктах излагает предложения из выступления ректора Ростовского университета Ю.А. Жданова: «Нельзя принять 80% производственников на физмат. факультеты»; о снижении уровня подготовки выпускников средней школы: «если студент 5 курса получает «неуд», диплом не выдавать»; «нужно создать типовые учебные лаборатории»; «надо скорее создать устав высшей школы».

Сотрудничество Дагестанского университета с Ростовским и другими вузами региона и центра – во многом заслуга А. Абилова, его увлеченности, ответственности, профессионализма, человеческого обаяния. Много общего в биографии у ректоров двух вузов: они с Юрием Андреевичем Ждановым, известным ученым, чл.-корр. РАН, были почти одногодки и в середине 50-х годов пришли в руководство вузами, проработали 30 лет ректорами. Абуталиб Абилович довольно быстро преобразовал пединститут в университет. Их знакомство, переросшее в деловое общение и сотрудничество, а затем и искреннюю дружбу, длилось без малого полвека.

Многие ученые Дагестана обязаны РГУ, ныне ЮФУ, за помощь в развитии академической и вузовской науки в Дагестане, за многостороннее научное сотрудничество Дагестанского научного центра РАН с Северо-Кавказским научным центром высшей школы. Тепло и отклик этой дружбы научно-педагогические кадры Дагестана чувствуют десятилетиями. Испытал их плодотворный результат на себе и я, когда получил благословение и поддержку от Юрия Андреевича в открытии в 2005 году специальности «Философия» в ДГУ, во многих защитах нашими аспирантами и докторантами на диссертационных советах самого ведущего вуза на Юге России — Южного федерального университета.

Несколько эпизодов из совместной работы с Абуталибом Абиловичем навсегда врезались в память – они были для меня судьбоносными и в человеческом становлении и в профессиональном росте.

На заседании парткома обсуждаются итоги приема в вуз, (это был 1984 год). Докладывает ректор, особо подчеркивая национальный срез. В обсуждении вопроса по долгу службы председателя Головной группы народного контроля ДГУ дали слово и мне. С присущим молодости максимализмом я начинаю обнаруживать какие-то перекосы в национальном составе нового набора студентов. Обычно сдержанный Абуталиб Абилович эмоционально поправил меня. (Через несколько дней после заседания мой коллега по парткому укоризненно покачал головой: «Не понравилось Абуталибу Абиловичу, зря ты…»). Сегодня трудно представить в каком-либо вузе страны подобное по своей демократичности обсуждение. В те годы цифры приема в вузы должны были свидетельствовать о безукоризненной национальной кадровой политике — святое святых советской идеологии…

Национальный фактор в коллективе и сегодня остается чувствительной стороной кадровой политики в Дагестане. Нынешнее его руководство справедливо отдает приоритет деловым и моральным качествам руководителя, но нельзя забывать, что тухумно-родственные связи, этнические группировки, как показывает практика, оказываются благодатной почвой для хищений, других экономических и финансовых преступлений под видом либерализации, приватизации, коммерциализации экономики, образования, культуры и т.п. Уроки советской идеологии, которые демонстрировали и культивировали руководители многотысячных многонациональных вузовских коллективов, весьма поучительны и нынешней борьбе с коррупцией. Об этом я говорил и в недавней встрече с Полномочным представителем Президента РФ в СКФО Ю.Чайкой, где я имел честь представлять в числе других общественность Дагестана.

Но тогдашний Дагестан – «лаборатория национальных отношений», дружбы народов. И ректор, и секретарь парткома Шапи-Гаджи Абдуллаевич Исаев, казалось, других забот не имели во время вступительных экзаменов в вуз, кроме как регулировать этот показатель. Разумеется, наша дагестанская специфика такова, что и тогда было много обращений по поводу поступлений в ведущий вуз республики – со стороны руководства, просьбы известных людей, преподавателей, родственников – все, как в жизни.

Но все было открыто, известно, что и как. Абуталиб Абилович был реальным неутомимым гарантом и справедливости, и адекватной обстоятельствам интернациональной политики. Действенным в общественной жизни оставался фактор совести. Проверка работ по русскому, по математике шла в большом зале лучшими педагогами под его личным контролем, каждая оценка выверялась, каждый абитуриент попадал под объективную круговую оценку приемной комиссии. Достигался уровень, обеспечивающий учебу абитуриента в вузе — за редким исключением… Соответственно на культ учебы была сориентирована и средняя школа Дагестана.

Спустя год после этого эпизода ректор пригласил к себе и сообщил, что принято решение назначить меня деканом по работе с иностранными студентами – тогда их было в ДГУ более 300 из 30 стран мира (это тоже детище ректора и лелеемая им сфера деятельности ДГУ). Предложение было неожиданным и не входило в мои планы: в МГУ уже был утвержден план диссертации, и я собирался в очную докторантуру. Поблагодарив, сказал, что хотел бы посоветоваться. «С кем? — испытывающим и своим умным, все понимающим взглядом посмотрел на меня Абуталиб Абилович. — С женой?» — и пододвинул лист бумаги и ручку.

Вскоре я понял, сколько вкладывалось энергии и преданности делу Абуталибом Абиловичем на прием, адаптацию, обучение и организацию полноценной жизни иностранных студентов в ДГУ. В те годы в вузах СССР обучались около 100 тысяч иностранцев. Добрая половина стран мира симпатизировала и подражала достижениям нашей Родины, укрепление интернационального содружества народов было неотъемлемой частью советской идеологии. Ни один национальный праздник иностранных студентов не проводился без приказа по ДГУ, без торжественного собрания в актовом зале, без личного участия ректора.

Все знали и ценили требовательность, трудолюбие, инициативность ректора, он всегда был в курсе всех дел. Студенческая целина, точки на карте стройотрядов (Архангельск, Сургут, Ишим…), университетская газета от корки до корки до печати, все смотры художественной самодеятельности.

Другой случай, характеризующий принципиальность ректора в работе, государственника для которого всегда были превыше интересы дела, учебного процесса. Будучи деканом, я зашел к ректору с докладной на увольнение нерадивой, точнее, профнепригодной работницы деканата. «Абуталиб Абилович, вы уже объявляли строгий выговор, но не работница она…». «Знаю, — сказал ректор. — Но мне звонил министр внутренних дел — ее дядя начальник РОВД в Махачкале», — испытующе посмотрел на меня. «А этот дядя и мне звонил. Угрожал». «Угрожал!». В голосе Абуталиба Абиловича заметно было негодование. «Может, дадим ей время на исправление? Подождем?!». Через неделю звонят из приемной ректора: «Абуталиб Абилович передал вам газету». В «Известиях» на весь внутренний разворот была огромная статья о бесчинствах терроризировавшего всех вокруг начальника РОВД в одной из российских областей. Это было доброжелательное и заботливое предупреждение Абуталиба Абиловича о наступлении времен деградации нравов и законности. Но неисправимую работницу все же уволил.

Да, наступила перестройка — с благими намерениями: открытость, гласность, обновление… По «новому мышлению» (с ударением на «ы») Абуталиб Абилович после трех десятков лет руководства ДГУ оказался вдруг подлежащим замене на посту ректора. По-прежнему титанически работоспособный, он как всегда с раннего утра обходил им же самим построенные корпуса тогда еще компактного университетского кампуса, тактично наблюдал, как уборщица натирает паркетные полы мастикой, подсказывал хозяйственникам, где чего не хватает, следил за началом учебного дня после звонка на первую пару. Уже к совещанию с деканами он владел информацией о текущем состоянии факультетов лучше, чем их руководители. Сегодня я не сомневаюсь: он знал и вникал в деятельность не только каждого сотрудника, но и студента. И когда все выпускники по-факультетно приглашались на распределение в приемную ректора, каждому он находил душевное напутственное слово. Скажете: анахронизм? Ой, как не хватает этого анахронизма сегодняшнему Дагестану!

Тяжело переживал несправедливое и неуместное отстранение от своего любимого дела, вернее сказать, детища, Абуталиб Абилович. Сколько сил и энергии талантливого организатора было вложено для завершения самой крупной на Северном Кавказе и поныне Научной библиотеки, для развития инфраструктуры, материально-технической базы, научного потенциала, качественного образования ДГУ! А сколько было задумано его неуемной инициативой!

Завершилась эпоха первого моего ректора, последнего моего ректора в уходящую эпоху стабильности, основательности во всем. Конечно, благодарен я и его преемникам А.М. Магомедову, М.М. Мерзаметову (они проработали по 2-3 года переломное время, О.А. Омарову – каждый из них сыграл свою значимую роль в ДГУ и в моей университетской судьбе. Но незабываемым ректором для многих поколений выпускников и коллег остался Абуталиб Абилович Абилов.

Ореол незаурядной личности усиливался окружением ректора. Коллектив он формировал исподволь, многих скрупулезно собирал по всей стране. Разруха 90-х годов лихо расправилась с годами накопленным кадровым научно-образовательным потенциалом – сколько педагогов и ученых – русских, евреев — покинуло ДГУ, отчасти было буквально убито физически и морально, сколько бесценных образовательных, методических, организационных традиций утеряно…

И третий эпизод, характеризующий А. Абилова. В начале 1992 учебного года мой 4-й ректор Омар Алиевич поручил мне как проректору по воспитательной работе организовать в День пожилых людей встречу известных наших ветеранов. Согласовав список, я позвонил одним из первых Абуталибу Абиловичу и пригласил на нашу встречу. На другом конце провода была пауза. Затем: «Мустафа, ты считаешь меня пожилым человеком?». Возникла неловкое молчание. «Хорошо, я подумаю». Тогда ему было столько лет, сколько мне сейчас, потому острее ощущаю и понимаю, как это было обидно ему. Такую масштабную личность задвинуть на обочину любимого дела, лишить коллектива. Абуталиб Абилович продолжал читать свои лекции на любимом матфаке, вел тихий, почти незаметный образ жизни. Благородно прожил еще 20 лет. Но пожилым человеком ни он, ни мы его не представляли, хотя бесчеловечной логике и политике власти, тогдашних реформ, массовой аморальности поддались многие.

Сегодня ДГУ возглавляет известный ученый, умелый руководитель, видный общественно-политический деятель М. Х. Рабаданов. Мой 5-й ректор, он же мой студент, ученик ученика Абуталиба Абиловича, знает и бережно относится к заложенным первым университетским ректором традициям, последовательно выводит вуз в число лучших в России. В свое 90-летие А. Абилов подчеркнул: «Я очень рад тому, что университет возглавил молодой человек. Я знаю, что он уже многое сделал для того, чтобы здания университета, аудитории приобрели наконец достойный вид. Я желаю ему успехов в его непростой работе в очень непростое время. Я всегда готов помочь ему и родному вузу, невзирая на возраст».

Чтят в коллективе имена его соратников — Расула Магомедова, Абдула Эфендиева, Петра Тананакина, Петра и Зою Львовых, Бадрутдина Кашкаева, Шугаиба Магомедова, Серажудина Гаджиева, Сергея Швачко, Нурмагомеда Эмирова, Емельяна и Валентину Криштопа, Ахеда Агаева, Татьяну Савину, недавно ушедших из жизни Георгия Сивриди, Хидира Рамазанова, работающих и поныне «последних из могикан» Валентину Егорову, Абдулкадыра Абдуллатипова, Николая Горбанева, Намруда Беджанова … Преданную память несут об Абуталибе Абилове, Людмила Авшалумова, Шабан Мазанаев, Марат Эмиров, и Магомед Гасанов и многие коллеги по университету. Они о ректоре могли бы сказать лучше и красочнее, чем автор этого очерка, и наверное, еще скажут – мероприятия по 100-летию видного организатора науки образования России, основателя университета А.А.Абилова только стартовали… И мои эпизоды – лишь толика благодарной народной памяти Первому ректору ДГУ.

Дагестанская правда

Дайджест

Поделиться

Возможно Вам будут интересны:

Круглый стол к столетию Абуталиба Абилова

Жизнь, отданная созиданию: к 100-летию профессора Абуталиба Абилова

«Кубок ректора», посвященный 100-летию со дня рождения первого ректора ДГУ Абуталиба Абилова

В МГУ состоится праздничный концерт, посвященный 70-летию Победы в Великой Отечественной войне

«Профессор наших профессоров»

Комментарии (0)


Официальный сайт FLNKA.RU © 1999-2020 Все права защищены.

Российская Федерация, г. Москва

Федеральная лезгинская национально-культурная автономия