Федеральная лезгинская
национально-культурная автономия

Юждаг ждет своих исследователей

Замир Закарияев о научных изысканиях в Юждаге

Замир Закарияев
Южный Дагестан представляет собой настоящую кладезь историко-культурных памятников, лишь малая часть которых в настоящее время обнаружена и введена в научный оборот. В этой связи особенно важно наличие ученых – выходцев из этого региона, которые рассматривают богатое историческое наследие края не только через призму ученого-исследователя, но и как его хранителя, которым оно было передано предками.
Один из таких ученых, для которого историческая наука стала призванием, –  профессор кафедры арабской филологии Дагестанского государственного университета (ДГУ), старший научный сотрудник Института истории, археологии и этнографии ДНЦ РАН, доктор исторических наук Замир Шахбанович Закарияев.
- Замир Шахбанович, в прошлом году Вы защитили докторскую диссертацию. Поздравляем Вас с этим событием, хоть и запоздало. Ваша работа, насколько я знаю, непосредственно связана с  историей Дагестана. Расскажите подробней о ней.
- Спасибо за поздравления. Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук была успешно защищена в сентябре 2012 г. в Северо-Осетинском государственном университете (г. Владикавказ). Тема диссертации – «Социально-политическое и культурное развитие Дагестана в XI-XIX вв. (по новым данным эпиграфических памятников на арабском языке)». Работа практически целиком посвящена изучению и научной интерпретации новых, прежде никем не изученных данных арабоязычной эпиграфики Дагестана.
- Какое место занимает эпиграфика как источник в исследованиях по Дагестану?
- Эпиграфические памятники (старинные надписи) являются одним из важнейших источников по истории Дагестана. Причем, подавляющее большинство дагестанских надписей составлено на арабском языке. Ценной отличительной особенностью эпиграфических памятников является их высокая историческая достоверность. Нередко арабские надписи выступают в роли главного и даже единственного достоверного источника при изучении истории ислама и исламской культуры в регионе, различных аспектов политической, социально-экономической, культурной и идеологической жизни дагестанских народов.
По данной проблеме имеется обширная научная литература (прежде всего, труды Л.И. Лаврова, А.Р. Шихсаидова), однако изучена лишь часть дагестанской эпиграфики. Работа по выявлению неизученных прежде арабских надписей проводилась в ходе полевых исследований в большинстве районов республики, а также в г. Дербенте. 
- А много научных экспедиций было совершено в Южном Дагестане?
- Он был в наибольшей степени охвачен исследованиями. В Южном Дагестане нами выявлен новый эпиграфический материал во всех без исключения районах. Поиск надписей проводился здесь даже в самых отдаленных и труднодоступных населенных пунктах, а также в заброшенных поселениях. Во многие места приходилось добираться пешком, а в самое отдаленное селение Рутульского района – аварское с. Кусур довелось добраться на лошади. Вся эта работа привела к определенным результатам. 
В диссертации содержатся переводы свыше 700 надписей, в том числе свыше 200 неизвестных прежде средневековых надписей XI-XVII вв. Самые древние среди них выполнены архаическим арабским почерком «куфи». Подавляющее большинство куфических надписей, датируемых, в основном, XI-XIV вв., найдено именно в Южном Дагестане – в Дербенте, Самурской долине, Кюре, Табасаране, Агуле, что связано с ранним распространением здесь ислама. При отсутствии даты, широко использовалась методика определения датировки надписей при помощи данных палеографии. Интерес представляют также вновь выявленные ценные надписи разных жанров XVIII-XIX вв.

Куфическая надпись 1167-68 г. из лезгинского с. Зрых
- Что еще интересного выявили Ваши исследования?

 

- Хотелось отметить, что многие памятники эпиграфики, которые представляют большую научную ценность, являются одновременно прекрасными образцами искусства арабской каллиграфии и художественной резьбы. Часто надписи сопровождаются различными вариантами дагестанского орнамента, а также символами и мотивами петрографики (рисунки-граффити).
Нами получены новые данные по реконструкции политической истории региона, внесен вклад в изучение строительной деятельности в Дагестане, в исследование процесса распространения ислама и суфизма, истории Кавказской войны, выявлены имена неизвестных прежде представителей феодальной и духовной элиты Дагестана, в том числе эпохи средневековья. Впервые зафиксирован ряд социальных терминов дагестанской эпиграфики. Уделено внимание также анализу художественных особенностей, каллиграфии, типологии арабских текстов и другим аспектам.
- Что именно Вам удалось уточнить в политической истории Юждага? 
- Выявленные нами надписи позволили, в частности, совершить открытие неизвестной прежде феодальной династии, представители которой правили в верховьях Самура в XIV-XV вв. Правление четырех эмиров этой династии, которая получила у нас условное название династии Кадиридов (по имени предполагаемого основателя династии – Кадир-бека), прослеживается исключительно по арабским надписям на протяжении около 100 лет. Правители этой мусульманской династии, активно занимавшиеся возведением и ремонтом мечетей и минаретов, носили титул «эмир» и передавали власть по прямой линии (от отца к сыну). Благодаря надписям, стали известны не только имена кадиридских эмиров Цахура, но и некоторых членов их семей, а также ряда других представителей феодальной элиты региона. Выявлены также неизвестные ранее имена представителей бекской фамилии Рутула XVIII в.
Кроме того, нами предложено альтернативное чтение, новая датировка или интерпретация некоторых уже известных науке надписей. К примеру, надписи от 1242 г. из агульского селения Рича о строительстве крепости; надписи 1622 г. на мавзолее шейха Ахмада в лезгинском селении Гельхен, содержащей самое раннее в дагестанской эпиграфике упоминание суфия; строительной надписи 1700-1701 г. о строительстве минарета в лезгинском селении Хрюг; надписи 1422 г. из цахурского селения Мишлеш или надписи историко-правового жанра «соглашений» от 1815 г. из того же селения.
Многие из вновь выявленных нами надписей можно по праву назвать уникальными. Такова, к примеру, надпись-билингва из лезгинского селения Курах, составленная около 1629 г. В ней содержится стих великого персидского поэта и писателя Саади Ширази. Или надпись-завещание (вакф) от 1786-87 г. из лезгинского селения Хлют. В рутульском селении Амсар найдена великолепная, весьма информативная строительная надпись, составленная в 1600 г. Множество надписей несут информацию, отсутствующую в других видах исторических источников.
- Какие исследования Вы проводите в настоящее время?
- Работа по выявлению, изучению и вводу в научный оборот богатого эпиграфического наследия Дагестана все еще далека от завершения. Во многих населенных пунктах и даже целых районах исследование надписей практически не проводилось. Даже в сравнительно неплохо изученном Южном Дагестане предстоит огромная работа по дальнейшему выявлению и изучению эпиграфических памятников. Тысячи надписей ожидают своего исследования. Поэтому эта работа мною не прекращается и будет непременно продолжена. 
- Насколько важно проводить эту работу именно сейчас, ведь многие памятники пережили века. Их сохранности что-то угрожает?
- Нет, медлить нельзя, ибо памятники, к большому сожалению, разрушаются под влиянием как объективных, так и субъективных факторов. В последнем случае имеется в виду разрушительная деятельность человека. Множество ценных надписей уже безвозвратно исчезло. Я историк, поэтому своевременное изучение и фиксацию данных дагестанской эпиграфики я рассматриваю как долг. Пользуясь случаем, хочу призвать жителей республики беречь надписи, ибо они составляют часть нашего историко-культурного наследия. Обращаюсь к читателям сайта с просьбой фиксировать старинные надписи и, по возможности, фотографировать их. Тем самым, вы окажете неоценимую помощь в деле изучения эпиграфического наследия.


Рукопись XVI в. из Агула
- Что еще лежит в поле Ваших научных интересов?

 

- Помимо эпиграфики, я занимаюсь также изучением рукописных памятников на арабском языке. В течение последних 15 лет я участвую в работе ежегодных Археографических экспедиций ИИАЭ ДНЦ РАН и ДГУ по изучению старинных рукописных коллекций на арабском языке. Эта работа проводится под руководством крупнейшего дагестанского историка-востоковеда проф. А.Р. Шихсаидова, учеником которого я являюсь. Амри Рзаевич был научным руководителем моей кандидатской диссертации, у него же я проходил докторантуру. В последние годы участники экспедиции работали в таких районах Южного Дагестана, как Табасаранский, Ахтынский, Курахский, Докузпаринский, Агульский, Хивский. В частности, одним из результатов этой работы стало издание в 2011 г. в Москве Каталога арабских рукописей и старопечатных книг крупной коллекции Зияуддина Йусуф-хаджи ал-Курихи (1860-1932) – шейха накшбандийского тариката из табасаранского селения Гурик. Я являюсь одним из авторов этого каталога. В настоящее время работаю над реализацией нескольких научных проектов по истории и культуре Дагестана.
- А что можно сказать о состоянии исторической науки в Дагестане?
- В последнее время в Дагестане наблюдается всплеск интереса к истории. Выходит большое количество публикаций разного уровня, за которыми даже трудно уследить. Гораздо больше, чем в советское время. Конечно, есть спорные публикации, но выходят и серьезные, основательные труды. В целом, развитие дагестанской исторической науки оцениваю позитивно. Специалисты из Москвы, Санкт-Петербурга, Казани и других российских регионов отмечают качественное развитие дагестанской школы историков-востоковедов под руководством проф. А.Р. Шихсаидова. 
- Замир Шахбанович, возвращаясь к Южному Дагестану, расскажите подробнее, какую ценность он представляет  для научных изысканий? И насколько интенсивно изучается этот регион историками, археологами и.т.д.?
- Разумеется, Южный Дагестан представляет большой интерес для научных исследований. Однако ситуация такова, что этот регион не избалован вниманием ученых. Исторические, этнографические, археологические исследования проводятся, но их явно недостаточно. Особенно это касается, как мне кажется, археологических исследований. Ведь в Юждаге большое количество ценных археологических объектов. Они имеются в каждом районе. И это лишь те, которые выявлены и о которых известно. А сколько не выявленных? К сожалению, археологические изыскания не проводятся даже на территории древних населенных пунктов сельских районов. Серьезные археологические раскопки в последние годы проводились лишь на некоторых объектах Дербентского региона – в Дербентской цитадели, в Великенте, в городище Паласа-сырт близ Рубаса. Пожалуй, все. К сожалению, ситуация типична для всего Дагестана. Очень не хватает подготовленных профессиональных археологов. Значительная часть археологических работ в республике осуществляется специалистами из других российских регионов, в основном, из Москвы. В Институте ИАЭ есть перспективная молодежь, но этих молодых людей можно пересчитать по пальцам. В то же время, в Дагестане резко активизировались так называемые «черные археологи» – любители-копатели, проводящие варварские раскопки и разграбление археологических объектов.
Выход вижу в подготовке достаточного количества молодых специалистов. Вопрос в том – где их взять? Грамотных специалистов своего дела в Дагестане очень немного. 
- А много ли молодых ученых-историков из числа лезгин появляется в последнее время?
- Сказать, что в Дагестане в последние годы появилось много молодых лезгинских ученых-историков, к сожалению, не могу. Их очень мало.
- Спасибо, Замир Шахбанович за развернутые ответы. Желаем Вам успеха в Вашей работе и новых открытий!
- Спасибо. Со своей стороны хочу пожелать успехов ФЛНКА. Ваша организация проводит деятельность в самых разных областях, включая и научное направление. В 2008 году я участвовал в международном симпозиуме, посвященном Кавказской Албании, который был организован ФЛНКА и прошел на очень хорошем уровне. Благодаря этому симпозиуму в России резко возрос научный интерес к истории и культуре Кавказской Албании. Хотелось бы, чтобы научное направление и в дальнейшем оставалось в числе приоритетов в деятельности ФЛНКА.

Иера Рамазанова

.

Корреспондентский корпус ФЛНКА

Поделиться

Возможно Вам будут интересны:

Олицетворение единства народа

Общественный контроль

Гильский профессор Керим Керимов

Светоч дагестанской истории

В постпредстве Дагестана при президенте РФ пройдет лекторий по родной истории

Комментарии (6)
Комментарий #6, дата: 23 октябрь 2013 11:52

Добрый день! У меня несколько вопросов:
1) Может Вам известно, ведется ли подготовка научного ("академического") труда по лезгинской истории? Если нет, то чего Вам кажется не хватает для того, что взяться за столь необходимый труд?
2) Слышал, что готовится "Энциклопедия лезгин". Известны ли Вам какие-либо подробности по проводимой подготовки и ведутся ли какие-либо работы в этом направлении?
3) Сотрудничают ли молодые и не очень проффессиональные лезгинские историки с Институтом ЮЖДАГ или с институтом албанистики?
4) Какому периоду истории лезгин следовало бы обратить внимание лезгинским историкам?
5) В одно время обсуждался вопрос о командировке лезгинских ученых в архивы и рукописные фонды Армении, Грузии, Ирана, Баку и т.д. На какой стадии все это находиться сейчас?
Спасибо.

П,С. Админы сайта ФЛНКА верните форум на главную страницу. Спасибо!


Комментарий #5, дата: 22 октябрь 2013 19:18

Уважаемый Замир Шахбанович я родом из с. Даркуш, ещё с юношества интересовался откуда берет начало основания и название нашего села, есть две версии происхождения названия нашего села, на мой взгляд довольно несуразные. Само слово Даркуш на Лезгинский язык ни как не переводится и совершенно ни чего не означает. Совершенно случайно в интернете я наталкнулся на статью о Сирии. Оказалось что на границе Сирии и Турции сушествует город Даркуш, сразу возникла версия о первых мусульманах выходцев из этого города пришедших на наши земли во времена правления второго праведного халифа Умара(Да будет доволен им Аллагь) и основавших село. Очень хочу узнать ваше мнение на этот счет. Спасибо.


Комментарий #4, дата: 22 октябрь 2013 09:34
Замир Шахбанович, как Вы расцениваете поступок министра культуры Дагестана Бутаевой сменить руководство музея заповедника в нарушение норм трудового законодательства и назначение некомпитентного работника на должность директора музея? (считаю, что в большей степени правовую и моральную оценку происходящему должны дать деятели искусства, культуры, истории) Как Вы считаете, как профессор, ученый, научный сотрудник истории, археологии и этнографии если бы Вам доверили работу Дербентского музея заповедника, справились бы Вы с поставленной задачей?(считаю, что такой работой должны руководить профессиональные работники и энтузиасты жаждущие сохранения и дальнейшего глубокого изучения истории родного края) И еще, -возможно ли по вашему мнению создания при музее, школы молодых специалистов, кто мечтает о исследовании и радеет познанием истории, являя этим музеем плацдарм не только сохранения исторических памятников, но и расширения глубокого изучения истории южного дагестана? (мне кажется, что при музее можно создать клуб патриотов, валантеров, энтузиастов исторической памяти наших народов) Спасибо!

Комментарий #3, дата: 22 октябрь 2013 01:42

Gero..., задайте его здесь. Если он не потребует развернутого ответа, то мы разместим ответ в комментариях. Но лучше будет, если мы соберем несколько вопросов и попросим Замира Шахбановича ответить на них. Для этого нужна активность со стороны посетителей сайта.


Комментарий #2, дата: 22 октябрь 2013 00:16

Замир Шахбанович-молодец! Из новой волны лезгинских историков. Настроен патриотически. Это то, что не хватало нам раньше. Тому же Шихсаидову, например. Слежу за ним! Надеюсь на новые открытия. Ч1ехи агалкьунар хьурай ваз, стха!


Комментарий #1, дата: 20 октябрь 2013 20:34

Подскажите как можно задать вопрос Замир Шахбановичу??




Официальный сайт FLNKA.RU © 1999-2021 Все права защищены.

Российская Федерация, г. Москва

Федеральная лезгинская национально-культурная автономия